?

Log in

No account? Create an account

October 13th, 2009

Здесь вам не равнина!...

Играло в финале "Зарисовки" на тему "Нежность воды". Создано с применением новейших методик ускорения перед угрозой дедлайна за 20 минут. Have fun :)

Альпинист Семен Иваныч Крузенштерн крякнул, размахнулся и жахнул ледорубом. Во все стороны веером полетели осколки льда, один из которых вонзился прозрачной острой молнией прямо в глаз Семену. «***!» - завопил тот и схватился варежкой за свое суровое лицо. По стене ледника зазмеились трещины. Глаз саднил нестерпимо, а в горле у альпиниста противно першило от снежной пыли. «Ля-ля-ля…» - издевательски перекрикивалось на соседних перевалах эхо.
Крузенштерн досадливо крякнул во второй раз и врезал кулаком по льду. Ледник отозвался удивленным вздохом, трещины побежали наперегонки, по скорости обгоняя олимпийских бегунов, а ледоруб угрожающе зашатался. Сверху прилетел кусок смерзшегося жесткого снега и саданул обидчика по голове. «Шлем – всему голова!» - пробормотал тот, с неистовой грацией полярного медведя оглядываясь по сторонам в поисках пути к отступлению. Шестое чувство где-то в районе низа спины твердило: «Щас тут станет жарко, рви когти, Сеня!!!».
Из ледяной стены величественно выломалась глыба льда и заскользила вниз по склону, увлекая так и не успевшего отступить Семена за собой. С завидной скоростью от границы ледника до плоского плато пронеслись они с грохотом, звяканьем, кряканьем и разными словами. Эхо стыдливо краснело лучами закатного солнца на перевалах и повторяло выборочно.
Из палатки на краю плато вышел Иван Семеныч Пароходов, тоже альпинист. «Ну чо?» - спросил он ошалевшего Семена, пытающегося подняться на ноги из каменно-ледяной окрошки и нащупать в ней свой ледоруб. – «Принес кубик чистого льда, чтоб чайку сготовить?»
- А то! – Крузенштерн представил, как проклятый лед превращается в прекрасный кипяток, и на его квадратном суровом лице расцвела нежная улыбка.

Tags:

Машенька

Играло в финале "Зарисовки". Тема: "нежность воды". Метод: напевы рефреном об ассоциациях.

У Машеньки черные волосы, белая нежная кожа – о такой говорят «прозрачная» – и глубокие-преглубокие темно-синие глаза. Гламурные девицы в маршрутках прямой наводкой косятся ей в лицо, ищут следы жемчужной пудры и пытаются углядеть линзы. Но напрасно стараются девицы, здесь нет ни того, ни другого ухищрения.
У Машеньки в шкафу целый ворох шелковых и шифоновых платьев – нежных, прозрачных, струящихся. Когда она выходит из дома, ветер решает, что это огромный цветок вдруг распустился прямо на городской улице, подлетает с разбегу и пытается сорвать Машеньку и унести в небо. Но ничего у него не выходит. Только легкие складки плещутся, да юбку приходится придерживать, чтобы не взлетала слишком высоко, да проходящим парням приходится держать свои челюсти, чтоб об асфальт не падали.
У Машеньки есть слова «наверно», «возможно» и «может быть». Друзья иногда пытаются заставить ее говорить прямо и просят определиться. Да куда там! Никто, как она, не умеет так выкрутиться, вырваться, стечь сквозь пальцы и растечься мысью по древу. А напоследок еще и рассмеяться журчащим, переливающимся на солнце смехом.
У Машеньки есть парень с большими сильными руками, колючей щетиной и серьезными намерениями. Он вглядывается в ее глаза, как умирающий от жажды – в каплю дождя, кончиками пальцев гладит ее кожу, стаскивает с нее шелковые платья и ищет у ее губ слово «люблю». Но Машенька только смеется, пожимает плечами и прикладывает к губам тонкие пальцы. Она не хочет быть серьезной.

У Машеньки широко раскрытые, огромные синие глаза, прозрачнейшая кожа и легкое голубое платье. Наверно, поэтому ее никто и не замечает. Цокая по набережной каблучками, гарцуют девицы, проходят парни и в ус не дуют, пролетает ветер и разбивает отражение солнца в зеркале воды. Машеньке, наверно, холодно и страшно. Здесь нечем дышать, а также некому улыбаться и уклончиво отвечать в сотый раз «возможно» на вопрос: «Ты любишь меня?» Спасибо отчаявшемуся парню с большими сильными руками, теперь у реки есть Машенька.

Tags: